Историческая несправедливость — корректное понятие?

Валерия Новодворская

публицист

голосов

92/127

вопрос 1/26

вопрос 2/24

вопрос 3/22

вопрос 4/20

российский политический деятель, член комитета Госдумы по делам СНГ и связям с соотечественниками

Константин Затулин

голосов

35/127

вопрос 1/10

вопрос 2/9

вопрос 3/8

вопрос 4/8

Вопрос №1: Что такое вообще, на ваш взгляд, историческая несправедливость?

Историческая несправедливость – это словосочетание применяется теми, кто является историческим двоечником, кто отстает от класса, от поезда, от века, от судьбы и начинает в этом обвинять всех, кого угодно: окружение, отличников, учителей, школьные парты – всех, кого угодно, но только не себя.

Это может касаться не только территорий, а отношений одних к другим, отношения несправедливого и укорененного, расизм тоже можно рассматривать, как форму исторической несправедливости, по крайней мере в течение долгих лет, пока выходцы с африканского континента использовались как рабы рассматривались как люди второго сорта или как нелюди, которых нет никакого смысла признавать людьми. Есть и другие примеры: в Австралии только в семидесятые годы прошлого века было признано, что аборигены австралийские являются людьми, ибо англосаксонское право, которое применяется в Австралии, сознательно уходило от такого признания, трактуя Австралию, как государство белых колонистов, у которого нет предшествующей истории. А признание аборигенов людьми в рамках этого же англосаксонского права сразу потянуло за собой необходимость признания территории, которые они занимали, их собственности, и значит, необходимость выплачивать им компенсации или идти на какие-то компромиссы земельных вопросов. Так и было сделано. А до этого сознательно не хотели идти на эти траты и не хотели возвращаться к вопросу собственности. Это тоже историческая несправедливость по отношению к людям. Что касается исторической несправедливости применительно к территориям, то мне кажется, примером такой исторической несправедливости является судьба Косово. Косово в течении раннего и последующего периода сербской истории выступало в роли духовного центра сербов, и эта функция оказалась размыта, а потом утрачена внутри социалистической Югославии, что уже на следующем этапе, после распада Югославии, привело к тому, что Косово стали рассматривать как территорию прежде всего албанского меньшинства. Само по себе то, что территория, на которой расположены исторические памятники, доказывающие принадлежность этой территории Сербии, затем благодаря поддержке Запада и антисербской кампании на Западе, оказалась местом исхода сербов, державшихся только на севере Косово. Это тоже историческая несправедливость.

Вопрос №2: Можно ли в истории в принципе оперировать подобного рода формулировками?

Те, кто апеллирует к такого рода понятиям, не может быть корректен по определению, потому что когда Гитлер апеллировал к тому, что ему не хватает жизненного пространства, это была логика бандита. Англии, может, тоже не хватает жизненного пространства, но когда ее попросили уйти из Индии, она ушла и свернула в трубочку Британскую империю и создала Содружество наций. История с Крымом – это особая история, там было очень много отдельных исторических страниц. Греки могут сейчас заявить, что они первые создали Пантикапей, Херсонес, Оливию, что Крым был их колонией, и Овидий тому порукой, и что это историческая несправедливость, что Крым не является частью территории Греции, но почему-то греки об этом не говорят, никаких прав на Крым не предъявляют, потому что они еще не совсем рехнулись. На территорию Крыма не предъявляет никакие права и заявки Турция, которая могла бы сказать: «Черт возьми, там же остатки Оттоманской империи». Мусульмане на нашей территории тоже есть, крымские татары – давайте воссоединимся, воссоединим два народа, ура, начнем русско-турецкую войну. Однако они об этом не говорят. Вот было бы интересно, если бы сейчас Франция заявила, что Луизиана, которую основали французы на американском континенте, – целый большой штат Луизиана принадлежит не ей – это историческая несправедливость, что она хочет это поправить, и на этом основании французские войска будут введены в американский штат Луизиану. Почему-то она об этом не говорит. Нормальные государства не пытаются исправить то, что произошло столетие или десятилетие назад и никому не причинило вреда. Начнем с того, что Крым был татарским – тот, кто читал Алексея Николаевича Толстого, прекрасно это знает. Да, там была царская резиденция, был построен алупкинский дворец, построенный великим князем, российские аристократы строили там виллы, проводили в Крыму «бархатный сезон», но коренным населением, простите, были крымские татары. Куда они потом девались? — в начале их проредила сильно ВЧК и товарищ Землячка, потому что террор в Крыму был особенно страшен – «Солнце мертвых» надо читать – есть такой роман, там очень подробно все описано. То есть крымских татар делалось все меньше и меньше, меньше и меньше, коренное население изводили, как могли. Я еще помню Крым полупустым в шестьдесят первом году. А потом и вовсе, в сорок четвертом году коренное население из Крыма выслали, так что говорить об исторической несправедливости, наверное, имели бы право крымские татары. Но они-то как раз стоят вдоль дорог с украинскими флагами и говорят, что они хотят остаться в составе Украины. И уж меньше всего Россия, которая в 1783 году завоевала Крым (первый был сеанс екатерининского завоевания), именно там появились потемкинские деревни, дальше они там существовали, именно Россия не имеет никакого права претендовать на Крым. А то, что Крым был в составе Советского союза – ну, что, значит, Россия сейчас будет претендовать на Латвию, Эстонию, Литву? Мало ли кто, где и когда был в чьем составе. Хрущев мог как угодно перекраивать территории, Советский Союз, Советская Украина. Этот прецедент вообще не имеет смысла – жизни не было нигде: ни в России, ни в Украине, ни в Белоруссии и в Крыму, при Советском союзе не было человеческой жизни на всей территории этого спрута под названием Советский Союз. Так что можно не ссылаться на этот факт, никому легче не стало от того, что Хрущев передал Крым Украине, крымские татары все равно вернулись только в восемьдесят девятом году, когда началась Перестройка. Да и кто вернулся – во время депортации погибло 64% народа. Так что историческая несправедливость – это лозунг и инструмент фашистов, а поскольку в России сейчас национальная идея – фашизм, то я не удивляюсь, что мы дошли до «исторической несправедливости».

Это зависит от Вашего уровня притязания и характера Вашего спора. В эмоциональном плане, безусловно, возможно, и возможно, как я понимаю, искать аргументы для преодоления этой исторической несправедливости, вдохновляться этими аргументами, приводить примеры. Тем более, если эта историческая несправедливость сказывается на судьбах живущего поколения людей, не просто отдельных граждан, а подавляющего большинства на этой территории. Почему нельзя этим оперировать? Как в случае с Украиной – такая несправедливо отторгнутая от России территория. Если это государство не в состоянии организовать жизнь на этой территории или учесть мнение, или каким-то образом продемонстрировать толерантность, способность разрешать проблемы людей, которые живут на этой территории, учитывать их запросы, то в таком случае эта историческая несправедливость становится просто кричащей.

Вопрос №3: Апелляция к устранению «исторической несправедливости» — это попытка переписать историю за рамками правого поля?

Эти попытки следует квалифицировать иначе: как агрессию, как разжигание войны, как военное преступление, преступление против человечности, и авторов этих попыток, идеологов, соучастников этих попыток надо быстро скручивать и тащить в Нюрнберг. Если Милошевич претендовал на территорию Югославии, то, извините, у нас Путин претендует на мировое господство, и его клевреты угрожают превратить в радиоактивную пустыню Соединенные Штаты. Соединенные Штаты сделают то же самое, и жизнь на планете прекратится, то есть это преступление же планетарного масштаба.

Правовое поле – тоже не есть нечто навсегда кем-то данное и незыблемое, ибо правовое поле возникает в результате целой гаммы взаимоотношений между государствами, субъектами истории и так далее. Правовое поле развивается, в одном случае включает какие-то вещи, в другом – исключает, и складывается по факту на данный момент. Если говорить о Крыме, он формально был наделен правом проведения опроса в рамках той конституции, которая действовала в автономной республике Крым в составе Украины. При этом реализовывать это право ему не давали, включая то обстоятельство, что даже нормативных актов, которые бы регулировали проведение референдума не только в Крыму, но и на Украине в целом, не существовало. На Украине тоже есть в конституции норма о проведении украинского референдума, но нет закона. Не случайно, за 23 года нет ни одного закона, где бы расписывалось, каким образом это право на украинский референдум реализуется. То есть власти Украины заблокировали всякую возможность для волеизъявления по этому вопросу и для Крыма, и для Украины в целом. Ясно, что если стоит такого рода блок, внешне он может считаться каким угодно правовым и иметь признаки ограничения правового поля, но по сути он является издевательством над этим правовым полем и над правами граждан, которых ограничивают, запутывают и заводят в тупик. Таким образом, оказывается, для того, чтобы учесть мнение крымчан, надо заведомо выходить за рамки этого формального прежнего украинского правового поля. За 20 лет, повторяю, не удосужились дойти до определения порядка и возможности проведения референдума по любому вопросу, включая территориальный.

Вопрос №4: Кто должен и может решать, что является, а что – нет «исторической несправедливостью»?

Этот термин следует вообще выкинуть из своего диапазона, из своего багажа. Если ты считаешь, что тебе не повезло – учись, совершенствуйся, учись у Европы, учись у отличников, догоняй цивилизованные страны, бери с них пример. Таким образом ты избавишься от отсталости и устранишь историческую несправедливость. Способ только один – догонять! Вы знаете, что начнется, если все спортсмены, которые проиграли спортивные состязания, не пришли первыми, а третьими или четвертыми, начнут ссылаться на историческую несправедливость? Просто спорт прекратит свое существование. А когда эти понятия пытаются приложить к геополитическим моментам, свое существование может прекратить человечество.

Когда дело касается истории, должна, как я понимаю, присутствовать некая доказательственная база, объективность которой может быть предметом общественной или правовой межгосударственной дискуссии. Ясно, что всякий вопрос может иметь разное толкование и можно взвесить те или иные аргументы, которые приводятся сторонниками и противниками признания некой исторической несправедливости. Вот, мы можем выстроить напротив друг друга ряд аргументов, которые позволяют считать историю с Крымом исторической несправедливостью по отношению к России, по крайней мере во второй половине XX века, и можем выставить ряд других аргументов, которые это отрицают. На основе своего представления о том, что правильно и что неправильно, по крайней мере на уровне дискуссии определить, какие аргументы весомее. Другого пути, на мой взгляд, в этом вопросе нет. В силу того, что мы все люди, мы по-другому и не можем принимать решение кто прав, а кто – нет. Конечно, есть формальные юридические процедуры, которые обладают своей собственной логикой и своим собственным инструментарием, они более строгие, чем разговор об исторической несправедливости на общественном уровне. Тем не менее, сам этот разговор создает определенную атмосферу, определенный фон и влияет на признание в том числе и юридических аргументов.