Специалисты расходятся в мнении как относительно времени возникновения терроризма, так и в том, можно ли оценивать события далёкого прошлого с точки зрения современных терминов.
Некоторые источники считают, что «ещё за триста сорок лет до нашей эры отец Александра Македонского был убит в результате теракта». Другие считают одной из наиболее ранних террористических группировок иудейскую секту сикариев («кинжальщиков»), действовавшую в Иудее в I веке н. э. Члены секты практиковали убийства представителей еврейской знати, выступавших за мир с римлянами и обвинявшихся ими в отступничестве от религии и национальных интересов и «коллаборационизме» с римской властью. В качестве оружия сикарии использовали кинжал или короткий меч — «сику». Это были экстремистски настроенные националисты, возглавлявшие движение социального протеста и настраивавшие низы против верхов и в этом отношении являющаяся прообразом современных радикальных террористических организаций. В действиях сикариев прослеживается сочетание религиозного фанатизма и политического терроризма: в мученичестве они видели нечто приносящее радость и верили, что после свержения ненавистного режима Господь явится своему народу и избавит их от мук и страданий. Сыграли важную роль в поражении Иудейского восстания
Классическим примером террористической организации Средних веков, которая значительно развила искусство тайной войны, диверсионной практики и насильственных средств достижения цели, является секта хашашаинов («курителей гашиша»), или, в европейском произношении, «ассассинов». Около 1090 года Хасан ибн Саббах захватил в горной долине к северу от Хамадана (современный Иран) крепость Аламут. В течение последующих полутора столетий сторонники и последователи Горного Старца, под именем которого вошёл в историю основатель секты, опираясь на контролируемый район, который сегодня профессионалы антитеррора назвали бы «серой зоной», лишили покоя правящие династии на обширном пространстве от Средиземного моря до Персидского залива. Движимые неясной до конца религиозной мотивацией, практически неуловимые, и от этого ещё более устрашающие адепты секты (с позиций сегодняшнего дня — боевики), убили за период своей деятельности сотни халифов и султанов, военачальников и представителей официального духовенства, посеяв ужас во дворцах правителей, существенно дестабилизировав политическую ситуацию на обширном геополитическом пространстве Востока, и затем были уничтожены монголо-татарами в середине XIII века.
Политологи выделяют четыре глобальные волны терроризма Нового и Новейшего времени:
— связанная с распространением в
— связанная с антиколониальным, национально-освободительным движением XX века;
— имеющая отношение к деятельности «новых левых» в
— волна, связанная с глобализацией, начавшаяся в конце
Вопросы:
1
Надо ли отменить мораторий на смертную казнь для террористов? Если да, то почему?
Валентин Гефтер
Нет, мораторий не надо отменять ни для кого, в том числе для террористов. Надо, наоборот, усиливать отказ от смертной казни и переходить к её исключению вообще из мер наказания за уголовное преступление.
Леонид Ивашов
Да, безусловно. И не только для террористов, а вообще на всех, кто покушается на жизнь других людей и после их убивают. Почему я поддерживаю отмену моратория? Во-первых, посмотрите, у нас погибает в результате насилий где-то порядка 100 000 человек в год. Если будет введена смертная казнь за убийство, мы по крайней половину людей сохраним. В то время как к высшей мере наказания будет приговорено, сложно сказать, может быть, тысяча человек. То есть это будет сдерживающим фактором против убийств и для сохранения жизни большого количества людей. Это очень гуманный акт.
2
Поможет ли в целом ужесточение наказания за совершение терактов в борьбе с террористами?
Валентин Гефтер
Думаю, что нет. И это подтверждается многолетней практикой, статистикой, просто наблюдениями, потому что современный терроризм — явление абсолютно не останавливаемое такими мерами, как страх смертного приговора.
Леонид Ивашов
Поможет, безусловно. Но надеяться только на ужесточение как самую важную меру нельзя. Нужен комплекс мер, и, прежде всего, нужно закрыть, защитить самым серьёзным образом наше духовное пространство, нашу культуру, нашу общественную жизнь от влияний извне. Ведь мы видим, что какой ислам пришёл сегодня на наше пространство. За всю историю России не было ни одного религиозного восстания, конфликта и так далее. Сегодня мы видим, что пришло. Нетрадиционные для нас ценности и так далее. То есть нужен комплекс мер: и повышать культуру, повышать уровень образования, закрывать духовное пространство, возрождать нашу многонациональную традицию. Конечно, мера ужесточения, мера наказания — это просто один из факторов, который будет способствовать снижению терроризма.
3
Стоит ли учитывать иностранный опыт по борьбе с терроризмом, например, опыт Израиля?
Валентин Гефтер
Опыт нужно учитывать любой, и, может быть, наш исторический, иностранный, современный тем более. И в том числе, наверное, Израиля, но не автоматически, не механически перенося те или другие меры противодействия терроризму и связанных с ним явлений, а понимая, что это явление может иметь разную природу в разных условиях, в разных ситуациях.
Леонид Ивашов
Что-то нужно брать. У Израиля нужно брать технические средства защиты своих граждан, своих объектов. Только техническую сторону. Идеологическую, политическую я бы не брал. Израиль, наоборот, сам провоцирует другие страны на конфликтную ситуацию. Нам этого не нужно. Мы должны проводить внешнюю, миролюбивую политику по отношению к своим соседям, по отношению ко всем странам и народам. Поэтому далеко не весь израильский опыт нам сегодня подходит. В советское время почти 200 различных национальностей жили в спокойствии и мире. И вот этот опыт нам более пригодится, чем Израиль.
4
Действительно ли рамки на входе способствуют усилению безопасности, а не являются местом скопления людей?
Валентин Гефтер
Конечно, жизнь людей затрудняется, но я думаю, что в какой-то мере это всё-таки полезно, особенно в периоды обострения терроризма, как, например, у нас в последние годы и десятилетия. И если это делать с умом и эффективно, а не просто для проформы, то это может помочь.
Леонид Ивашов
Рамки, все эти технические устройства я рассматриваю как удачный для кого-то бизнес, продвинутый бизнес. А решить проблему проноса, провоза взрывчатых веществ и ещё чего-то, по-моему, они не способны. Если планируют операцию, то рамки не спасут. В операции всё предусматривается. Поэтому не обязательно лететь самолётом, можно поездом проехать. Отъехал 50 км от Москвы, на любом полустанке сел, там никаких рамок нет.
5
Можно ли каким-то образом вообще избежать скопления людей перед рамками? Как-то организовать по-другому проход через них, или это невозможно?
Валентин Гефтер
Я думаю, что в первую очередь не надо экономить на количестве таких устройств, на людях, их обслуживающих, на архитектуре тех помещений, инфраструктуре, в которых это может происходить, если это аэропорты, железнодорожные вокзалы и что-то подобное. Если же речь идёт о городском транспорте, то, конечно, здесь трудно что-то сделать такое удобное в этом смысле, чтоб не задерживать сильно людей, но надо думать, современная техника и технологии позволяют здесь какие-то сделать хотя бы вспомогательные устройства.
Леонид Ивашов
Всю страну загнать в рамки невозможно, тем более такую большую, как Россию. Нужно, кроме рамок, за пределами этих рамок проводить большую работу — и по линии правоохранительных органов, линии спецслужб, линии религиозных институтов, школы, вузы и так далее. Должна работать широкая система. А если будут и так продолжать расслаивать наше общество, страну, формировать враждебные отношения по отношению к мусульманам, и наоборот, отношения к другим религиям, то никакие рамки не спасут.