В проекте единого учебника истории, который недавно был представлен президенту РФ Владимиру Путину, по сообщениям прессы, самые черные годы репрессий деликатно названы сталинским социализмом, а из новейшей истории вычеркнуты имена Михаила Ходорковского и Бориса Березовского. При этом список деятелей, о которых должны услышать школьники на уроках, пополнился именами певца Юрия Шевчука, пианиста Дениса Мацуева, актрисы Чулпан Хаматовой и писателей Бориса Акунина, и Виктора Пелевина. Некоторое удивление у ряда экспертов вызвал и тот факт, что вместо привычного термина «татаро-монгольское иго» в тексте указано более этнически нейтральное «иго Золотой Орды».
Сергей Попов
председатель комитета ГД по Регламенту и организации работы ГосДумы
голосов
13/55
вопрос 1/4
вопрос 2/2
вопрос 3/4
вопрос 4/3
преподаватель истории гимназии №1543
Леонид Кацва
голосов
42/55
вопрос 1/12
вопрос 2/12
вопрос 3/8
вопрос 4/10
- Вопрос №1: Нужен ли вообще единый учебник истории?
-
Нужен и необходим, поскольку опыт последних лет показал очень активно, что даже на одной улице в параллельных школах, учащиеся одного уровня классов получают совершенно разное представление о разных этапах развития страны. Это невозможно, должен быть единый подход для всего исторического пространства.
4
На мой взгляд, нет, конечно. Мои соображения главным образом методического характера. Во-первых, единый учебник – это унификация, она не подходит, потому что у нас в стране много разных типов школ, у нас много разных контингентов учащихся и, наконец, много разных учителей со своими методическими принципами и разными темпераментами. Что касается идеологических задач, которые может выполнять единый учебник: во-первых, авторы этой концепции уверяют, что учебник будет не один, а учебников будет несколько, кроме того, я всегда говорю, что единый учебник ничего не гарантирует. В Советском Союзе был единый учебник, ну и что это дало? Поэтому не нужен.
12
- Вопрос №2: Появление такого учебника принесет скорее пользу или вред обществу и почему?
-
Мы говорим не о едином учебнике, как таковом, а о единой линейке учебников. Здесь мы должны понимать, что для каждого класса будет свой учебник, а мы говорим о единой концепции, единых подходах, единой историографии в этом вопросе. Поэтому сегодня подавляющее число экспертов выступают именно за единую линейку учебников.
2
Я бы хотел дождаться, когда этот учебник будет написан и тогда говорить уже предметно о том, каким этот учебник получится. Пока у меня очень большие опасения, но с другой стороны, концепция, которая опубликована, она по возможности смягчена, там явных идеологических клише немного. Например, там есть очень опасная вещь: заявление о том, что вхождение в состав России имело положительное значение для всех вошедших в Россию народов. Это неверно с исторической точки зрения, во-первых, потому что ряд народов при этом очень сильно пострадал, а во-вторых очень опасно, потому что у ряда народов такие заявления вызовут только обиды. Можно сказать, что для многих народов это имело положительное значение, но слово «всех» в данном случае невозможное. Там есть некоторые очень странные, мягко говоря, подходы к изложению последних периодов. Например, в проекте были имена Березовского и Ходорковского, потом взяли и исчезли. Как можно без имени Ходорковского, да и Березовского, написать историю последних десятилетий я очень с большим трудом понимаю. Насколько я знаю, там не будет протестных выступлений одиннадцатого года и последующих лет, тоже это не совсем правильно. Так что определенные идеологические меры давления там будут. Потом, смотря, с чем сравнивать, у нас сейчас много разных учебников, среди них есть более менее пристойные, а есть учебники плохие. Но единый учебник, на мой взгляд, это плохо, потому что это недопустимая унификация.
12
- Вопрос №3: Унификация – одна из основных задач, которую власти закладывают в создание этого учебника. Это поможет добиться цели?
-
У каждого учителя могут быть свои подходы, своя литература дополнительная, свои трактовки, но с точки зрения краеугольных исторических событий, фактов, даже их хронологическое расположение должно быть единым. В этом как раз и предусматривается единый подход.
4
Нет, конечно, изучению истории это не поможет. Должно помочь, по замыслу, власти. Историю надо изучать, как основу наук, а не как основы идеологического каркаса. Если история — это идеология, политика, опрокинутая в прошлое, это один разговор, а если история — это наука, то — другой. Я предпочитаю придерживаться последнего, что история — это наука.
8
- Вопрос №4: Почему сейчас так не приветствуется плюрализм исторического подхода?
-
Плюрализм как был, так остается, другое дело, что мы не можем сегодня согласиться с позицией, когда в одних учебниках утверждается, что победа во Второй мировой войне была одержана не благодаря Советскому Союзу, например, а только благодаря странам антигитлеровской коалиции во главе с США. Какой здесь может быть плюрализм? Есть оценки, которые уже закреплены временем, историей. К сожалению, плюрализм в данном случае сводится к пересмотру тех оценок, которые сегодня существуют. То же касается целого ряда других исторических событий. Безусловно, есть вопросы, которые требуют дополнительного уточнения, обсуждения, есть вопросы, по которым не достигнуты позиции, они только сближаются. Но я еще раз говорю, что в оценке событий могут звучать разные взгляды и позиции, но отрицать событие, как таковое, не замечать, игнорировать события, которые значительно повлияли на судьбу нашей страны ― это принципиально неправильно.
3
Потому что власти на развитие исторической науки наплевать. Важно, какие национальные мифы будут закладываться в голову школьников. Не секрет, что многие из адептов единого учебника так и говорят: о том, что было, пусть спорят историки, а мы в школе закладываем некое патриотическое представление. А спорные трактовки — это для взрослых, не для детей. На мой взгляд, это совершенно неверно, потому что мышление развивается в подростковом возрасте, в школьном возрасте.
10