Светлана Лучицкая
Заведующая Отделом культуры и науки средневековой и современной Европы ИМК МГУ, доктор исторических наук
С конца XI в. в Западной Европе зарождается новое явление: христиане с оружием решаются на далёкие походы, в священный город Иерусалим. В обществах Католического мира распространяются идеи религиозной войны, освобождения Гроба Господня и христианских святынь. Государи и крупные сеньоры вместе с рыцарями выступают в экспедиции под эгидой церковной власти, что оборачивается войнами и даже приводит к образованию новых государств.
Традиционно под крестовыми походами подразумевают восемь экспедиций – от Клермонского собора 1095 г. до падения Акры, столицы государства крестоносцев, в 1291 г Более широкое определение включает все войны против неверных и еретиков, санкционированные главой римской Церкви, т.е. войны, с которыми связано предоставление Римским Папой духовных привилегий и индульгенций (реконкиста, битва при Лепанто 1571 г.и пр.).
О том, зачем христиане отправлялись с оружием к Гробу Господню, «Дилетанту» рассказала ведущий научный сотрудник Института всеобщей истории РАН Светлана Лучицкая.
Беседовал Андрей Позняков
Diletant.ru 02.09.2013 | 17:21:24
Какими в итоге Крестовые походы остались в западной историографии? Они воспринимаются сейчас как события, которые вызывают сожаление, или же это героические страницы европейской истории?
Конечно, была романтическая струя в западной историографии крестовых походов (Ж. Мишо, Ф. Гизо), когда историки идеализировали эти события. Но апогей романтизма был довольно быстро преодолен, и уже применительно с середины XIX в., с исследований Ф. Зибеля и П. Риана и др. можно говорить о критическом изучении этой темы. На самом деле, идеальный миф о героических крестовых походах был создан не столько католической историографией, сколько поэтами и художниками. И это понятно. Со времен Средних веков Готфрид Бульонский причислялся к «девяти героям» (Neuf Preux), его род возводился к Рыцарю Лебедя (нем. Лоенгрин), а его подвиги воспевались в «жесте крестового похода. Крестовые походы волновали воображение писателей – от Торквато Тассо, автора поэмы XV в. «Освобожденный Иерусалим» до Вальтера Скотта и его романов. Во Франции в нач. XIX в. во время Реставрации Бурбонов росписи нескольких залов Версаля были посвящены крестовым походам… Число примеров бесконечно, но если говорить о современной научной историографии, то со всей определенностью можно заявить: ныне историки не стремятся ни прославлять, ни осуждать крестовые походы, они желают понять и осмыслить их причины, содержание и культурно-исторические последствия. А если говорить о некоем определяющем направлении их научного поиска (я не говорю о псевдо-научных темах вроде «золота тамплиеров» и др., которые стали легкой добычей журналистики), то я бы сказала, что крестовые походы принято теперь рассматривать в первую очередь как западноевропейский опыт колонизации, опыт во многом неудачный (ведь колонизация провалилась), но, тем не менее, первый такой опыт в европейской истории. Что же касается современной католической церкви, то она, видимо, прекрасно понимает, к какому существенному углублению пропасти между западными христианами и мусульманами, евреями, и к еще более радикальному разрыву, скажем, с греко-православной церковью, привело крестоносное движение. Если возвратиться к Первому крестовому походу, с которого мы начали… В июне 1995 г. в Клермон-Ферране работал большой коллоквиум, организованный международным Обществом по изучению крестовых походов, посвященный как раз 900-летию начала крестоносного движения, и там, помимо ученых и политических деятелей (включая Жискара д’Эстена и др.), было немало представителей римской Церкви. Так вот именно на этом коллоквиуме католическая церковь в лице представителя римского Папы принесла свои извинения мусульманам и евреям, которые стали жертвами Первого крестового похода. Хотя уже прошло 900 лет, и, казалось бы, все быльем поросло, но римская Церковь не сняла с себя вину. Так что не только у католической историографии, но и у самой католической Церкви нет и намека на отношение к крестовому походу как к какому-то героическому и славному периоду в истории Европы.
Diletant.ru 02.09.2013 | 17:21:05
Давайте обратимся к последствиям крестовых походов. Насколько крестовые походы изменили мировоззрение средневековых людей, повлияли на их представления о мире?
Влияние крестовых походов на мировоззрение людей было колоссальным. Ведь в это время средневековый мир оказался охвачен идеей движения. Это была, наверное, самая мощная со времен Великого переселения народов миграция. И этот опыт не мог не оказать влияния на систему представлений, умственный горизонт средневековых людей. До этих событий средневековый мир представлял собой довольно замкнутую и изолированную общность. Какой был кругозор у средневекового человека, живущего в мире, где связи между населенными пунктами слабые, где господствует натуральное хозяйство, а состояние коммуникаций не позволяет преодолевать большие расстояния? И вот во время крестовых походов, когда вся Европа пришла в движение, ситуация резко изменилась. Крестовые походы мощно раздвинули географический горизонт людей. Они узнали о новых народах, странах, открыли для себя новые религии и конфессии. Только во время перехода через Балканы (а они шли почти 1000 км через Юго-Восточную Европу к Константинополю) крестоносцы познакомились с тогда еще совсем неизвестными Далмацией, Болгарией Сербией. Оказавшись в Святой Земле, они обнаружили невиданное разнообразие конфессий и встретились с восточными христианам – несторианами, монофизитами, яковитами. Не случайно именно во время крестовых походов был написан труд Жака Витрийского «Иерусалимская история», в котором, кстати, есть не только этнографическая информация, но и обширные ценные сведения о флоре и фауне Палестины. Крестовые походы – период освоения в общем совершенно нового для средневековых людей пространства Восточного Средиземноморья. Во время Пятого крестового похода, когда крестоносцы ожидали помощь в борьбе с сарацинами от пресвитера Иоанна, они стали засылать миссии в Центральную Азию и на Дальний Восток (Гильома Рубрука, Плано Карпини), и эти контакты привели к радикальным изменениям в географических представлениях о мире, прежние взгляды приходили в противоречие с новым эмпирическим опытом, накопленным во время миссий и паломничеств. В двух словах можно сказать: если до крестовых походов средневековый мир был замкнутым и изолированным, то после них он стал настоящим безграничным универсумом, а открытие разных культур и традиций привело к тому, что другие народы стали осознаваться как часть какого-то единого и в каком-то смысле потенциально бесконечного мира. Думается, что без крестовых походов даже бы не состоялось открытие Америки. А если посмотрим на эти события с другой стороны – ведь именно в этот период Европа, языком культуры которой была латынь под руководством римской Церкви, объединилась вокруг целей крестоносного движения, так что и с этой точки зрения крестовые походы были чрезвычайно важны для европейского самосознания.
Diletant.ru 02.09.2013 | 17:20:42
Как долго эта религиозная атмосфера доминировала? Если вспомнить Альбигойские войны 1209-1229, «внутренний» крестовый поход в Южную Францию, — ведь это уже была фактически профессиональная военная кампания, серьезная политическая акция, в которой, видимо, не было этой атмосферы аскезы и жажды спасения?
Альбигойские крестовые походы (иногда их называют «политическими крестовыми походами») – прекрасный пример того, как далеко ушли крестоносцы от первоначальных идеалов. Мы видим, каким существенным изменениям подверглась сама эта идея. Уже после Первого крестового похода забыли и о главной цели – Иерусалим, и об освобождении Гроба Господня, и о помощи восточным христианам. Например, Пятый крестовый поход, как и походы Людовика Святого, направился в Дамиетту, к берегам северной Африки. Третий крестовый поход стал ареной борьбы западноевропейских государей за политическое господство. Но самое главное – противниками крестоносцев подчас оказываются уже не сарацины, но христиане. Под влиянием политических амбиций, торговых интересов, религиозных страстей идея изменяется, и вот уже крестоносцы обращают оружие против единоверцев и под лозунгами борьбы против неверных ведется борьба против еретиков и других врагов католической церкви. По мере того как папство использует идею и институт крестового похода в аналогичных ситуациях (например, в борьбе Тевтонского ордена против пруссов), содержание идеи в значительной мере выхолащивается. Со временем уже не Сирия и Палестина, и даже не Египет и Малая Азия, а Эгейское мора и Балканы становятся ареной действия крестоносцев в борьбе католической церкви против турок и Османской империи. Эти походы против турок отождествляются с традиционными крестовыми походами, которые велись в Сирии и Палестине. Потому и битва при Никополе 1396 г., и битва при Лепанто 1571 г., в которых против турок выступили коалиции христианских государей при поддержке папы, стали называться крестовыми походами.
Diletant.ru 02.09.2013 | 17:20:17
А менее возвышенные мотивы? Можно ли говорить, что в крестовых походах сработал принцип «все пошли, и я пошел»?
Вы знаете, там работали разные принципы. Нельзя отрицать, что к крестоносцам часто присоединялся всякий сброд, ведь идея искупления грехов была чрезвычайно привлекательной. Среди участников крестовых походов было немало социальных маргиналов: были и воры, и преступники, и беглые монахи, было и много женщин, причем не только супруг крестоносцев, но и сопровождавших армию маркитанток, и даже женщин легкого поведения. Мотивы, конечно, были далеко не только благочестивые. Святая Земля, текущая медом и млеком (так она изображалась в проповедях Урбана II), привлекала возможностями материального обогащения, и не только бедняков, но прежде всего рыцарство и баронов. Вряд ли, например, Боэмунд Тарентский, который еще в 1080 г. совершал настоящие разбойнические походы в Византию, отправился в крестовый поход исключительно по религиозным побуждениям. И все-таки атмосфера покаяния, религиозного смирения – это очень важный психологический момент, который нельзя сбрасывать со счетов. Мы говорили об этом в связи с крестовым походом простолюдинов, но это же касается и рыцарства. Один современный английский историк, ученик Дж. Райли-Смита провел исследование по грамотам рыцарских завещаний, составленных в Лимузене и Гаскони. По этим грамотам хорошо видно, что рыцари как раз перед Первым крестовым походом были готовы отдать все свои земли церкви ради искупления грехов, такая жажда спасения владела ими. Оказывается, рыцарство, которое стало движущей силой крестового похода, было как бы заранее подготовлено к нему. И это тоже не случайно. Идеи аскезы, покаяния в это время получили большое распространение в рыцарской среде благодаря проводившейся тогда Церковью т.н. клюнийской реформе (реформу проводили монахи клюнийского ордена). В целом реформа была направлена против обмирщения церкви, служила цели повышения нравственного и социального статуса церкви, но в церковной программе рыцарство занимало далеко не последнее место. Клюнийские реформаторы очень многое сделали для того, чтобы изменить тогдашнее рыцарство, которое не отличалось мирными нравами и скорее было склонно к военной агрессии. И вот Церковь занялась, так сказать, их нравственным воспитанием – вводила т.н. «божьи миры» и «божьи перемирия», которые на церковных соборах регламентировали военную деятельность, под угрозой разных санкций запрещали грабежи и насилие, Церковь брала с рыцарей клятвы не применять оружие против мирян и не провоцировать конфликты и т.д. И надо сказать, что цель реформаторов была во многом достигнута – это массовое религиозное движение создало атмосферу коллективного покаяния рыцарства, в которой идея крестового похода пала, так сказать, на подготовленную почву. Клермонский собор, который вообще-то и был созван как собор «божьего мира», как бы подвел итоги этого движения: Церковь обратила рыцарей от братоубийственных войн и насилия внутри христианского общества к военной агрессии вовне – к борьбе против врагов христиан на Востоке. Или, как сказал в своей хронике Фульхерий Шартрский, те, кто были разбойниками, стали воинами Христовыми. Неудивительно, что и рыцарство, как и все общество, восприняло идею крестового похода. Так что мотивы и цели были самые разные, но факт, что крестовый поход не был бы возможен вне этой атмосферы покаяния, аскезы, жажды спасения, и такие умонастроения царили в каждом походе, и особенно они характерны для первых этапов крестоносного движения.
Diletant.ru 02.09.2013 | 17:19:55
Таков, видимо, общий смысл и идея крестовых походов, его идеология. Но каковы были мотивы, собственно, самих участников похода? Почему они шли в Святую Землю, разделяли ли они вообще эти взгляды Церкви, понимали ли всю эту сложную теологическую подоплеку?
Да, мы говорили до сих пор об идеологии крестового похода, а вот как в принципе она осуществлялась на практике, – это тоже непростой вопрос. Крестоносное движение очень сложное и разнородное, в нем было много разных уровней. Согласно распространенному (прежде всего в учебной литературе) мнению крестовый поход – это жестко организованное мероприятие, подготовленное Церковью; мероприятие, во главе которого стоит Римский Папа: именно от него исходит инициатива крестового похода, он привлекает проповедников (каждому крестовому походу предшествует проповедь), он финансирует поход, вводит поборы на экспедицию в Святую Землю и пр. С XIII в. папы подводят настоящую теологическую и юридическую базу под крестовый поход, издают специальные буллы, раздают грамоты духовно-рыцарским орденам и пр. Мотивы и цели Церкви были четко определены в этих документах. Но мы знаем, что примерно с XIII в. инициатива крестового похода в каком-то смысле переходит от церкви, от римских пап к королям, потому что уже светские государи, –Фридрих II или Людовик Святой, – возглавляют крестоносные движения, и у них несколько иные цели. С другой стороны, как мы говорили, существовало и стихийное движение снизу, спонтанное и иррациональное: ведь часто простолюдины, отправлявшиеся в крестовые походы, даже не очень четко представляли себе, где вообще находится Святая Земля. Как сообщает один хронист, при виде каждой церковной колокольни участники народного крестового похода останавливали свои телеги и спрашивали: «Не Иерусалим ли это?». Словом, крестоносцы были разные. Но факт, что на протяжении всего крестоносного движения, и особенно в Первом крестовом походе, важными мотивами были жажда спасения, покаяния и искупления грехов.
Diletant.ru 02.09.2013 | 17:19:36
Неожиданное словосочетание — «вооруженное паломничество». Как же так получилось, что именно в конце XI в. мы сталкиваемся с этим явлением?
В конце XI в. идея крестового похода возникает в результате своеобразного соединения двух идей: с одной стороны, традиционного паломничества, о котором мы говорили, а, с другой – идеи священной войны, которая тоже появилась не вдруг. Мы знаем, каким сложным было отношение христианства к войне. В принципе в христианстве идея войны отрицается, но отношение к этой идее претерпело длительную и сложную эволюцию. Если первые отцы римской католической церкви резко отрицательно относились к идее насилия, то потом они постепенно пришли к пониманию необходимости войны в защиту интересов христианства. Уже блаженный Августин признал законность оборонительной войны Церкви, говоря о «справедливой войне» Затем возникло учение о «двух мечах» церкви: есть меч духовный – церковная власть, меч телесный – светская власть, и оба они принадлежат церкви. Меч духовный вложен в руку священника, меч телесный – в руки воина, который поднимает его по знаку священника. Таким образом, война оправдывается, когда она ведется в защиту церкви, а воины (в средневековой Европе это рыцарство) должны служить церкви. Постепенно войнам, которые велись в средневековой Европе против иноверцев (например, реконкисте – борьбе христиан против завоевавших Испанию мусульман) церковь начинает придавать конфессиональное звучание, эти войны рассматривались как борьба за возвращение «наследства св. апостола Петра» (т.е. земель, в которых проповедовал апостол), а священники благословляли оружие и знамена и даже сами принимали участие в боевых действиях. Так война освящалась моральным и религиозным авторитетом церкви. На протяжении Средневековья идея «справедливой войны» постепенно эволюционирует в сторону идеи «священной войны» (какой-то аналог этой идеи можно видеть в мусульманском джихаде, а вот в православии такой идеи, похоже, не было). Таким образом, идея крестового похода представляет собой своего рода кульминацию идеи священной войны. О необходимости такой войны против мусульман, захвативших Святую Землю, и говорил Папа Урбан на Клермонском соборе в ноябре 1095 г., провозгласив крестовый поход и обещав его участникам отпущение грехов. Паломникам, отправляющимся в Святую Землю нужен меч, чтобы отвоевать христианские святыни у неверных, ведь для крестоносцев Иерусалим и Палестина уже не просто святые места, но святые места, которые нужно освободить от владычества сарацин.
Diletant.ru 02.09.2013 | 17:18:39
Можно ли сказать, что первые экспедиции крестоносцев, особенно этот крестовый поход простолюдинов, были скорее паломничеством, чем военным предприятием?
Крестовые походы были бы невозможны без паломнического движения. Сама идея крестового похода возникла из практики паломничества. Кстати, термин «крестовый поход» был придуман достаточно поздно, в Средние века говорили не о крестовых походах, а «паломничестве в Иерусалим» или «пути в Иерусалим». Крестовый поход и есть настоящее паломничество в Иерусалим. (Поэтому, когда позже крестоносцы двинутся к североафриканскому побережью, это будет существенным отклонением от первоначальной идеи крестового похода). В течение XI века происходят какие-то сдвиги в паломническом движении, и из трех главных в Средние века видов паломничеств – в Рим, Сантьяго-де-Компостела и Иерусалим, предпочитают именно Иерусалим. Причем начинаются массовые паломнические путешествия, как например, паломничество 1064 г. под руководством епископа Бамберга, в котором участвовало несколько тысяч человек. Крестовый поход, наверное, ближе всего к покаянным паломничествам, которые совершались с целью искупления грехов (в Средние века наказание преступника могло состоять в том, что с него брали обязательство совершить паломничество к какой-то святыне). Благочестивые паломничества сыграли большую роль в создании той атмосферы покаяния, религиозного подвижничества, в которой идея крестового похода вообще стала возможной. Благодаря паломничествам Палестина и Иерусалим стали для средневековых людей не просто абстрактными святыми местами, но насытились знакомыми из Библии именами и названиями, а рассказы паломников приучили христиан рассматривать Святую Землю как свою далекую родину и возбудили интерес к восточным христианам. Так было в конце XI в. По существу разница лишь в том, что обет паломничества сменился затем обетом крестового похода. Однако крестоносцы идут по тем же дорогам, что и паломники, ступают, так сказать, по их следам, правда, посох паломника сменил меч. Стало быть, крестовый поход – это вооруженное паломничество, вот в чем его принципиальное отличие в сравнении с традиционным паломничеством.
Diletant.ru 02.09.2013 | 17:17:50
Вы имеете в виду поход бедноты?
Да, он называется народный крестовый поход, или поход простолюдинов, состоялся весной 1097 г. Это был очень мощный всплеск спонтанного религиозного энтузиазма. Крестоносцы-простолюдины были охвачены просто-таки необычайным религиозным воодушевлением. Желая присоединиться к походу, они распродавали последнее имущество и даже сами вместо волов и лошадей впрягались в повозки и отправлялись в путь. Они жаждали чудес. Всякие природные явления – как то появление комет на небе, падение звезд, – толковались как вещие знаки, связывались с событиями крестового похода. Хронисты пишут о том, какие «необычные» явления в это время наблюдали: звездные дожди, кровавого цвета небеса, массовые отлеты птиц и пр. С небес падали грамоты, в которых Господь Бог изъявлял свое намерение взять под покровительство идущих в Святую Землю. Знаки креста сами собой выступали на одежде и различных частях тела этих спонтанных крестоносцев. И во время самого похода чудеса продолжались – на телах умерших в походе людей обнаруживали стигматы, во время пути находили христианские реликвии (чего стоит история обретения Св. копья, которым по преданию воин Лонгин проткнул ребро Христа) и пр. Но самое главное – крестовый поход оживлял всякие эсхатологические и апокалиптические идеи, идеи ожидания конца света. Ведь Иерусалим – цель похода – для средневековых людей был особым городом, это место Страстей Спасителя. В Средние века образ святого города воспринимался в разных смыслах. В историческом смысле Иерусалим – это просто город, в аллегорическом – Церковь, а в самом возвышенном – небесная родина, т.е. вечное спасение. Эти идеи спасения, идеи Небесного Иерусалима, несомненно, присутствовали в сознании первых крестоносцев. Более того, они были уверены в том, что завоевание Святой Земли будет для них своего рода обретением Града Божьего. Мистический образ Иерусалима, хорошо знакомый из Книги Откровения (гл. 21), был тесно связан со средневековыми представлениями о конце времен, и первые крестоносцы верили в то, что, как говорит один хронист, «времена исполнились», и Небесный Иерусалим спустится на земной Иерусалим. И эти простолюдины, отправляясь в Святую Землю, действительно ожидали конца света. Согласно распространенной в Средние века легенде, берущей свое начало в Послании апостола Павла фессалоникийцам, битва между Христом и Антихристом состоится в Иерусалиме, когда последний император конца времен придет в святой город, чтобы возложить на Масличной горе свой скипетр и корону. Эти события должны были разыграться в Иерусалиме. Собственно, и до крестового похода люди, жаждущие спасения, отправлялись в Иерусалим, часто в последнее паломничество перед смертью, так как желали быть там похороненными. Почему? Ведь именно там, в долине Иосафата, по средневековым представлениям, должен был состояться Страшный суд, и туда, где можно было ожидать заступничества святых, и направлялись пилигримы…
Diletant.ru 02.09.2013 | 17:17:09
Чего было больше в крестовых походах: политики, религиозных устремлений, социальных проблем, которые стояли за движением?
Как в свое время сказал Шарль Пеги: что начинается в мистике, то кончается в политике. Изначально крестовый поход – сугубо религиозная идея, идея освобождения Иерусалима и святых мест у сарацин, но с течением времени от мистики отказываются в пользу политики, и крестовый поход вырождается в чисто военное или даже торговое (как, например, в Четвертом крестовом походе 1204 г.) предприятие; а Шестой крестовый поход был вообще дипломатическим трюком императора Фридриха II, заключившего мирный договор с египетским султаном. На протяжении веков имели место разные отклонения – географические, религиозные, политические – от первоначальной идеи. Так, вместо Святой Земли отправлялись к берегам Африки; вместо того, чтобы воевать против сарацин, сражались против единоверцев и т.д. Только в Детском крестовом походе 1212 г. мистика, пожалуй, преобладала над политикой, да еще Людовику Святому удалось в конце XIII в. возродить первоначальные религиозные идеалы, но не конечную цель похода (ведь он направился в Египет, а не в Иерусалим). Наверное, истинным крестовым походом, в котором сама идея получила максимально возможное воплощение, таким своеобразным архетипом крестоносного движения, был Первый крестовый поход. Это был «классический» крестовый поход в том смысле, что его целью был Иерусалим, освобождение Гроба Господня, помощь восточным христианам. Он был каноническим и в плане организации: был провозглашен согласно папской булле, его сопровождал папский легат (Адемар де Пюи). Но главное – всякие мистические, эсхатологические, мессианские настроения, в нем, пожалуй, проявились в полной мере, причем даже не столько в крестовом походе баронов, сколько в народных крестовых походах, например, в походе Петра Отшельника.